mari_1261

Киев, апрель 1986... Весна, тепло, лепота... 26-е число. Сначала - полная непонятка. Потом слухи. Потом страшные слухи. Заверения властей (сквозь зубы), что ничего страшного. Опять страшные слухи. Начинаем думать, что надо драпать. Но колеблемся. Беру билеты до Ташкента, потом сдаю их. Заверения, что ничего страшного, продолжаются. Впервые прозвучало: тебе лучше сделать аборт. Чтооо?! Ага, щас! Истерика. Не хочу. Не буду! Разумные слова мужа: не слушай разных дур! Поговори с нормальным врачом. Наконец появляется нормальный врач. Аборт не надо, но уехать - надо. На колебания потеряно 3 недели, но хоть так надо уезжать.
Перед отъездом захожу в Витькин садик забрать медицинскую карточку. Ощущение страшное: детский сад, в котором стоит гробовая тишина... Мурашки по спине.
На работе обсуждают, кто куда драпает. Кто в Днепропетровск, кто в Запорожье... Я драпаю в Узбекистан. Мне все завидуют. Тут чем дальше, тем лучше.
Времени, потерянного на сомнения, не вернешь, и в самолет нас погружают только 16 мая. Нас - это 4-летнего Витька и меня с трехмесячной беременностью. Летим. Самолет - летучий детский сад. На каждом месте - взрослый с ребенком. А я - так практически с двумя. И скорее всего не только я.
Год в Коканде. Жара, кайф! Обожаю. Плов, манты, самса, чайхана, арык, урюк... Все хорошо, только нам бы нашего папу еще сюда...
Возвращаемся почти через год, накануне годовщины. С пятилетним Витьком и пятимесячной Нюськой. Что интересно - самолет опять полон детей! Наверно, как у Герберта Уэллса, наступила "эпоха возвращений". Только на этот раз мы садимся в первом ряду, и стюардесса вешает на стенку колыбельку для нашей девушки. Все. Дома.

Светлая вам память и безграничная благодарность, вам, тушившим пожар Чернобыля. Умершим сразу от сумасшедших доз и умирающим медленно по сей день. Земной вам поклон. Вы спасли нас.
А мы должны спасать дальше, себя и друг друга.